Руслан же наоборот, заинтригованный рассказом Сэнсэя, аж присвистнул и восхищённо произнёс:

— Неужели они действительно обладают такой могучей силой и тайными знаниями?!

На что старшие ребята даже рассмеялись от такой его детской наивности. Сэнсэй же положил на вершину песочной пирамидки лёгкое птичье пёрышко, валявшееся неподалёку, и, указывая на пирамидку, сказал:

— Если собрать всех, всех, всех каббалистов в мире, то их хвалёной «могучей силы и знаний» не хватит даже для того, чтобы сдуть это пёрышко.

Старшие ребята перестали смеяться и вместе с нами заинтересованно посмотрели на белоснежное пушистое пёрышко, покоившееся на вершине песочной пирамидки.

— Да?! — заинтригованно проговорил Женя и, чуть подтянувшись поближе, дунул на пёрышко. Оно с лёгкостью слетело с пирамидки. Женя же самодовольно изрёк. — Эээ, да я, оказывается, сильнее всех кабелистов!

— Сам ты кабелист! — отпустил ему лёгкий подзатыльник Стас. — И вообще, не мешай слушать человека.

Коллектив снова весело рассмеялся.

— Так что такие вот дела, — подытожил Сэнсэй. — Пустота она и есть пустота!

— Мда, — протянул Николай Андреевич, очевидно размышляя над услышанным. — Дела, как сажа бела. — И немного помолчав, спросил: — Так что же представляла собой у древних египтян троичность «СахБаШу»?

— О, это весьма любопытный момент, — произнёс Сэнсэй. — «Шу» — это у древних египтян был такой термин для обозначения «тени» человека, по сути — одно из проявлений Ка. А вот «Сах»... Скажем так, слово «Сах» у древних египтян имело несколько значений. «Сах» означало «просветление». Этим же словом называли созвездие Орион, которое они считали царём звёзд. Кстати говоря, Орионом часто называли и Осириса, а Сотис (звезду Сириус, самую ближайшую к Земле) — его супругу Исиду. «Сах» обозначало и особое состояние человека в состоянии высшего «просветления». Потом так стали именовать «блаженных предков», «знатных людей древности».
А позже «Сах» называли людей из дворцовой знати, которые были правомочны носить печати.
Ну, а когда знания так глубоко зарыли в религию, что со временем много из них утратили, то «Сах» уже в заупокойных верованиях древних египтян превратился в покровителя умерших, в термин для обозначения мумии — тела, похороненного в соответствии с ритуалом «просветления». Но даже после этого в религии продолжали связывать «Сах» с представлениями более древних времён — с понятием «обеспеченного просветлённого»; достоинством и качеством иного порядка, которыми наделяют в небесном царстве; а также высочайшей власти и «божественности».

Видите, какая получилась длинная цепочка людских преобразований и домыслов? А ведь вначале всё было просто. «Сах» — первоначально объяснялась древними египтянами, как животворящая энергия. С помощью состояния «СахБаШу», как именовали его древние египтяне, или же говоря нашим языком, с помощью определённой духовной практики достигалось особое состояние «высшего просветления». Огромную роль при этом играли пирамидальные строения как одно из условий при выполнении данной практики в достижении состояния «просветления». Вначале это были пирамидальной формы каменные сооружения, или же холмы. Кстати говоря, впоследствии это тоже послужило одной из причин почитания у древних египтян священного камня «Бенбен» — камня пирамидальной формы.

И, между прочим, эта духовная практика не ограничивалась только Древним Египтом. Многие искусственно созданные пирамиды, которые сегодня открыли современные люди, и те, что ещё «не распечатаны» и не найдены до сих пор — это далеко не хаотичные строения. Хоть и строились они в разное время, расположение их было в строго определённых координатах, со строгой ориентацией во время строительства на определённые звёзды. В глобальном масштабе — это своего рода карта. Инициаторами создания таких пирамид выступали люди, обладающие этими знаниями. В их числе и был Имхотеп. Он получил эту информацию о глобальном архитектурном проекте мирового масштаба (который был разработан задолго до времени Имхотепа) от Сокровенника в конце многолетнего обучения у него, вместе с другими знаниями.

Так вот, вернёмся к началу нашего рассказа об Имхотепе, этой действительно значимой человеческой Личности. Ещё в детстве он выделялся, в первую очередь, своей чистотой нравственных качеств и искренностью духовных побуждений, которые ему заложили родители. Поэтому Сокровенник и взял его в ученики. Имхотепу было гораздо легче воспринимать знания Сокровенника, чем, например, сейчас современному человеку, убеждённому Архонтами в преимуществе материального бытия.

Но получить знания — это ещё полдела. Гораздо важнее ими достойно воспользоваться! Ведь как говорится, теория без практики мертва. Имхотеп, как Личность, чем примечателен? Тем, что он не просто с ответственностью подошёл к данным знаниям, воспользовавшись ими для развития своей души, но и сделал очень много полезного для людей. Причём настолько постарался, что тем, что он заложил в те времена, благодаря знаниям Сокровенника Шамбалы, воспользовались потом не только потомки египтян, но и народы Азии, Африки, Европы. Не зря Архонты так опасаются деятельности духовно сильной, свободной Личности, ибо знают, насколько для них непредсказуемо она способна повлиять на сознание целых народов.

Сэнсэй сделал небольшую паузу, выпив немного минеральной воды. Андрей, воспользовавшись этим, стал его расспрашивать:

— Сэнсэй, ты упомянул о проекте мирового масштаба по поводу пирамид и что он был разработан задолго до времён Имхотепа. А кто же тогда его разрабатывал задолго до времён Имхотепа? Нет, понятно, что Восток — колыбель цивилизации. Но, если верить учёным, то задолго до того не то что цивилизации... Там же одни охотники да собиратели были, то есть самое примитивное человечество.

— Насчёт новой колыбели ты прав. Действительно так и было. Но в те времена Землю посещали и такие цивилизации, которые никак не вписываются в рамки современной «исторической» концепции... однако следы которых находят и по сей день. Возьмите тот же Баальбек с его огромными плитами «посадочной полосы». Или Большой Сфинкс, расположенный недалеко от «основания цветка» и сотворённый задолго до этой цивилизации из цельной скалы с внутренними подземными помещениями. Каменное изваяние, которое, между прочим, вполне благополучно пережило потоп.

— Большой Сфинкс?! — одновременно переспросили Славик и Юра.

— Да, большой Сфинкс — огромная скульптура лежащего льва с головой человека, с такой своеобразной накидкой с головы до плеч, — по привычке пояснил Сэнсэй. — Кстати говоря, «Сфинкс» — это далеко не истинное наименование данного сооружения. Это вообще греческое слово, означающее «тот, кто душит», возникшее от глагола «сжимать», «удушать». Так эту статую называли греки, поскольку, пребывая в Египте, ассоциировали её с персонажем своих древнегреческих легенд — Сфинга (Сфинкс). Сфинга у греков означало сказочное животное с головой и грудью женщины, туловищем льва, крыльями птицы. Это существо по легенде обитало на скале близ Фив и задавало прохожим неразрешимую загадку и когда не получало ответа, то душило их. Поскольку гдето их легенда перекликалась с древнеегипетскими легендами о расправе богини Сахмет (львицы с человеческим лицом), дочери бога Ра, с непокорными людьми, то это название так и осталось в истории.

Хотя отмечу, что греческая легенда родилась из более древней версии о хищнице Фикс, обитавшей в Беотии на горе Фикион — свирепом чудовище, способном заглатывать свою добычу. В жестоком сражении её одолел Эдип. А сам образ Сфинга родился у греков под влиянием малоазийского образа крылатой полудевыполульвицы.

Что же касается Большого Сфинкса, то на самом деле в Египте его именовали как Хармахис, который олицетворяли с восходящим на Востоке солнцем и символом воскрешения. Но эти понятия вытекали из более ранних представлений о Большом Сфинксе, как о «Страже дома богов». И это не случайно. Так как это сооружение охраняет тайну пути, ведущего к Храму Лотоса — одной из древнейших подземных построек в этом месте.

— Вот это да! — восхищённо промолвили наши ребята.

— Не понял? — насторожился Николай Андреевич. — А поподробнее...

— А что значит Большой Сфинкс «расположен недалеко у основания цветка»? — практически одновременно с Николаем Андреевичем спросил Виктор.

Сэнсэй немного повременил с ответом.

— Ну, о Храме Лотоса я расскажу вам какнибудь потом. А о «цветке» можно и поподробнее. Я вам уже говорил, что ТаКамет в глубокой древности был особым местом для Шамбалы. Даже география его расположения не совсем простая, учитывая и географический район этого места на Земле, и его координаты и вид из космоса.

— Вид из космоса?! — заинтересованно переспросил Стас. — А что в этом районе такого интересного? Там же большая часть площади занимает пустыня.

— Не только пустыня, — возразил Сэнсэй. — И, кстати говоря, там не всегда была пустыня. Двадцать тысяч лет назад, когда ещё большую часть Европы покрывали ледники, Север Африки представлял собой довольнотаки цветущий земной край. А когда ледники отступили и климат стал суше, вот тогда и начались периоды засухи. Но мы сейчас не об этом. Если из космоса посмотреть на географический район северовостока Африканского континента, то можно увидеть среди песков пустыни прекрасный распускающийся цветок голубого лотоса, который образует река Нил (между прочим, кто ещё не знает, сейчас это самая длинная река в мире). Благодаря её широкой треугольночашеобразной дельте, имеющей выход в Средиземное море, лепесткообразным прожилкам рек в районе самой дельты, а также длинной извилистой ленте реки, Нил похож на распускающийся цветок лотоса на длинном стебле. А двенадцать с половиной тысяч лет назад, благодаря береговой линии данной дельты, сходство с лепестками цветка лотоса было идеальным. Практически у «основания цветка» в то время располагалась Шамбала, точнее Преддверье Шамбалы. Предыдущее её местонахождение было на берегу великолепного озера, там, где ныне воды Чёрного моря. А последующее уже непосредственно в горах на Беловодье, где Преддверье Шамбалы находится и поныне.

Так вот, далеко не просто так древние египтяне изображали лотос в сюжетах, связанных с их богами, именно трёхлепестковым, то есть молодым, распускающимся, как символ молодого (обновлённого) человечества. Более того, далеко не просто так богом Нила в древности считалось космическое божество по имени Хапи, символом которого был лотос (гораздо позже стал ещё и папирус, а самого Хапи, благодаря вольной выдумке одного из жрецов, стали изображать в виде жирного человека с большим животом и женской грудью). И уж явно не случайно появилось ещё одно обозначение Хапи, как одного из четырёх сыновей бога Гора (Хора). Замечу, что имя Гора переводится как «высота», «небо», а символом его с древнейших времён был солнечный диск с распростёртыми крыльями. Также замечу, что первоначально дети Гора считались астральными богами, спутниками созвездия «Бедра коровы» (Большой Медведицы) на Северном небе. Так вот считалось, что эти сыновья состояли в свите Осириса. Гор определил каждому из них своё место вокруг трона Осириса. Главной функцией сыновей Гора была охрана Осириса, защита его от врагов. Причём каждый стоял на страже с определённой стороны света (Хапи — с северной стороны). И если вы соедините это всё воедино и хорошенько подумаете, то вы многое поймёте.

— Соедините? — растерянно изрёк Костик.

— Хм, любопытно, — заинтригованно промолвил Николай Андреевич.

— Так это же мозги как надо напрягать! — весело сказал Андрей.

— А зачем? Почему? — недоумённо стал вопрошать Руслан. — Что в этом такого скрыто?

На что Володя пробасил:

— Тебе же сказали, когда хорошенько подумаешь, то поймёшь.

— Ага, — подтрунил Женя над Русланом, видя, что Сэнсэй сохраняет загадочное молчание по этому поводу, — а не поймёшь, так туда тебе и дорога!

Ребята дружно рассмеялись вместе с Русланом. Николай Андреевич же, в отличие от нас, видимо производя в голове какието сопоставления, заметил, обращаясь к Сэнсэю:

— Подожди, минуточку, ты перед этим говорил, что возле «основания цветка» располагалось Преддверье Шамбалы?! Выходит, что раньше Преддверье Шамбалы находилось практически в очагах цивилизации. А значит, как я понимаю, это предполагает возможность более частого контакта Бодхисатв с людьми?

— Ну, в начале становления цивилизации это является просто необходимостью. Так что нет ничего удивительного в том, что Бодхисатвы открыто присутствовали среди людей. Тем более, что всё человечество в то время представляло собой небольшие группки людей, которые естественно оберегались от внешних земных и космических факторов.

— Но если Бодхисатвы Шамбалы опекали людей, значит некоторые древнеегипетские легенды — это не просто легенды?

— Что ты имеешь в виду? — в свою очередь спросил Сэнсэй.

— Както мне на глаза попалась легенда о тех, кто правил додинастическим Египтом. Я ещё будучи студентом на ней тренировал мнемотехнику, в особенности память на цифры. И вот сейчас ты рассказывал о Бодхисатвах, а эта хронология сама собой всплыла в памяти. Там говорится о том, что Египтом 12300 лет правили семь великих богов: Птах — 9000 лет, Ра — 1000 лет, Шу — 700 лет, Геб — 500 лет, Осирис — 450 лет, Сет — 350 лет, Гор — 300 лет. Затем было двенадцать божественных правителей, в том числе и Тот, и Маат, и правили они 1570 лет. А после 30 полубогов, правивших 3650 лет... Самое интересное, что после правления полубогов, Египтом стали управлять люди. Но чтото у них не заладилось, и 350 лет Египет был погружён в пучину хаоса, разобщения и разногласий, где не было единого правителя. Объединение началось уже при Менесе.

Николай Андреевич вопросительно посмотрел на Сэнсэя, на что тот ответил:

— Ну, не совсем так, хотя...

— ...для людей и так сойдёт, — в шутку закончил предложение Сэнсэя Женька.

— Эту «хронологию» написал египетский жрец Манефон, живший в Египте в третьем столетии до нашей эры, как раз во времена греческого господства. Манефон описал историю Египта, составил список царей и династий на основании более древних источников, зафиксированных в папирусах. По сути, попытался систематизировать и реанимировать давно забытые литературные источники, в том числе различные легенды и предания. Но тут дело даже не в цифрах и датах, о которых сейчас спорят египтологи. Самое интересное, что он настолько умно высветил политическую действительность в истории Египта, что Архонты (когда до них дошёл этот труд, приобретший немалую популярность среди людей) в срочном порядке изъяли его работуоригинал, распространив слух, что данный труд погиб во время завоеваний Египта войском Александра Македонского. Поэтому работа Манефона так и не дошла до современных людей. О её существовании знают лишь по цитатам и комментариям других авторов. И в современном мире об этом труде судят по отрывкам, сохранившимся в работах Юлия Африкана, Евсевия и Иосифа Флавия, даже не задумываясь, кто были эти авторы, когда жили, на кого работали и откуда у них взялась информация о работе этого жреца, жившего за несколько столетий до них. И это, не говоря уже о такой «мелочи», как то, что почти каждый историк в то время считал себя вправе вносить свои произвольные изменения, интерпретируя более древние работы. Поэтомуто столь противоречивы мнения в научных кругах даже об отголосках этого труда, вызывающие и восторг, и разочарование, и обвинения, что всё это «беспочвенные легенды», «явный вымысел», «сбивающая с толку информация».

— Да, если споры о нём не утихают столько веков, значит мужик конкретно докопался до сути, — проговорил Володя.

— А то как же, — кивнул Сэнсэй. — Ну, вот, например, то, что некоторые сегодня называют «сбивающей с толку информацией». Сохранилось упоминание Манефона о том, что в течение так называемого ныне Первого переходного периода (как раз после времён Имхотепа, когда Архонты вплотную взялись за Египет и пошла политическая нестабильность, разразились голод, волнения) Египтом правили «семьдесят царей в течение семидесяти дней». И это действительно так было! Но к этому времени и тем событиям мы ещё вернёмся.

Через труд Манефона Архонты простонапросто «засветились» в истории, в первую очередь, своей структурой. Да это и не впервой. Далеко не просто так в легендах о Сете упоминается о семидесяти двух заговорщиках. Далеко не просто так еврейские жрецы впоследствии организовали высший суд для своего народа — синедрион, которым управляли «первосвященники». Отнюдь не случайно численный состав членов синедриона (которые, если вы помните, в своё время допрашивали и судили Иисуса Христа) семьдесят один человек. Потому что семьдесят (плюс одинтри), тридцать (плюс один — три) и десять (плюс один — три) — это и есть основные численные структуры людей Архонтов.

— А почему с приставкой «плюс один — три»? — не понял Виктор.

— В зависимости от значимости этого круга для Архонтов в него добавляются от одного до трёх человек. Это круги силы. О них мы поговорим позже.

— Лихие ребята, эти Архонты! — с едва заметной усмешкой отозвался Стас.

— Ещё бы! Так что зачастую людям, за неимением точной информации, только и остаётся, что уповать на мифы и легенды (и то держать ухо востро). Артефактами ведь природа мало балует. Взять тот же район Дельты. Там ведь изза быстрого накопления осадков самые древние, по мнению людей, культурные слои теперь находятся глубоко под землёй. И чтобы откопать хотя бы их, нужны немалые средства.

Сэнсэй сделал небольшую паузу.

— Мда, всё упирается в средства, — заметил Николай Андреевич.

— А средства упираются в Архонтов, — печально дополнил Виктор.

На что Женька с невозмутимым видом произнёс:

— Так пущай это «всё» вместе со средствами не подставляет Архонтам свои упёртые места!

Все рассмеялись от этого очередного Женькиного каламбура. А Стас в шутку сказал:

— Жаль, что за большие глупости не дают Нобелевской премии! Ты бы был непревзойдённым в этой области!

— Да зачем мне нужна та Шнобелевская премия? Меня и так неплохо кормят, — возразил Женька.

Ребята вновь встретили реплику парня бурным хохотом. В нашем словесном весельи один только Николай Андреевич не принимал участия, обдумывая в этот момент чтото своё. Выждав некоторое время, пока ребята угомонятся, он проговорил, обращаясь к Сэнсэю:

— Выходит всё не просто так... Значит, Бодхисатвы тогда были в более частом контакте с людьми. А люди считали их богами...

Ребята вмиг притихли, видимо, тоже заинтересовавшись этим вопросом.

— Естественно, что Бодхисатвы ассоциируются у людей с богами, — проговорил Сэнсэй в наступившем молчании. — Поскольку их знания и умение управлять материей (в том числе и природой, без какихлибо «технических средств», а также обладание другими сверхъестественными возможностями) шокировали бы и современного человека со всем его грузом информации о «передовых» технологиях, не говоря уже о тех, кто жил во времена зарождения этой человеческой цивилизации. Тем более что контакт был действительно частым. Ведь Бодхисатвы Шамбалы не просто оберегали людей, но и давали им знания: начиная от элементарных знаний (как сажать зерно, строить дома и так далее) и заканчивая духовными практиками. Откуда у людей и пошло поверье, что богам нужно принимать человеческий образ для связи с людьми. Ну вот, к примеру, такие как Птах и Осирис — это не мифический вымысел, а реальные личности некогда живших среди людей Бодхисатв. А вот история их жизни в общемто сильно мифологизирована людьми и сведена к упрощённому уровню людского понимания, да к тому же привязана к конкретному географическому району. Но, как правило, деятельность Бодхисатв такой величины в те времена охватывала не только земли Древнего Египта.

Как это понять? — полюбопытствовал Костик.

— Ну например... Деятельность Бодхисатвы, которого люди когдато очень давно знали под именем Осириса, была связана не только с Древним Египтом, но и с местами, которые сейчас именуют Алтаем, бассейном Волги, ДнепроДунайским регионом. Им и его людьми была проделана огромная работа, благодаря которой произошёл всплеск культур в данных очагах цивилизации. И даже ныне любознательный человек может найти косвенные тому подтверждения в той же трипольской культуре, которая семь тысячелетий назад возникла в ДнепроДунайском регионе...

— О, а что это за культура? Впервые о ней слышу, — удивился Костик.

— Трипольская?! Эту культуру так нынче наименовали археологи, впервые раскопавшие необычное поселение неподалеку от посёлка Триполье на Киевщине. Они были удивлены, что люди этой культуры умели строить городамегаполисы, плавить металл, обладали уникальной технологией изготовления керамики и вообще жили комфортно и обеспеченно. Это был довольно доброжелательный, спокойный, невоинственный народ. И большую загадку для археологов до сих пор представляет его необычная идеология, выраженная даже в таких мелочах, как нарядно орнаментированная глиняная посуда и терракотовые скульптурки. Тайну для них представляет то, что этот народ в своём искусстве выражал слова символами, в том числе и такими, которые позже приобрели важное значение в отдалённых от этого места культурах древнего Китая, Индии, Египта. Это и знак «иньян», свастики, мирового дерева, необычные «полосатые» изображения, характерные впоследствии и для элемента одежды древнего египтянина. Но самое интересное это то, до чего современные археологи ещё «не докопались»: этот народ возводил не просто «курганысвятилища», этот народ знал о пирамидальных строениях и связанных с ними духовных практиках. И не просто знал, но и возводил такие «пирамиды» в определённых местах по определённой звёздной ориентировке. И подобные «строения» существуют до сих пор.

— Да? — удивился Костик вместе с нами. — Значит, эти пирамиды ещё не открыты?! А почему?

— Как обычно, изза отсутствия случая и информации. Но как говорится, всему своё время...Так вот, по поводу мест посещения Осириса. Отнюдь не случайно появилось древнее название реки Волги — Ра. И отнюдь не случайно именно туда было завезено такое неестественное для тех мест растение, как цветок лотоса. И уж точно что не для красоты в древности так называемые ныне «алтайские принцессы», а по сути «девы Знания», наносили себе специальные татуировки из символов. Всё это в своём корне имеет одни и те же источники происхождения данных знаний. Так что кто захочет, тот познает... — Сэнсэй внимательно глянул на заинтересованные лица ребят и продолжил свой рассказ. — Так вот, Бодхисатвы, будучи в миру, не только заботились о людях, как о младенцах в колыбели, но и, естественно, общались с представителями других цивилизаций... И ничего в этом такого сверхъестественного нет. Человечество в принципе имеет шанс в ближайшую сотню лет дойти до такого уровня развития, что сможет свободно посещать другие миры. А в те времена подобное общение Бодхисатв с представителями иных миров было нормой. Это вполне естественно, так как какой бы высокоразвитой не была материальная цивилизация, она всё равно будет стремиться к общению с более высшими существами, тем более что тогда, как я уже говорил, на Земле имело место достаточно длительное пребывание Бодхисатв в миру.

— Это было нечто вроде уникального шанса для представителей других миров познать больше, чем они владеют? — сделал выводы Виктор.

— Совершенно верно, — кивнул Сэнсэй. — Так что наличие того же космодрома недалеко от Египта, на территории современной Ливии, который, кстати говоря, сохранился до сих пор ...

— Космодрома?! — чуть ли не хором спросили мы.

— Ну да, — пожав плечами, спокойно ответил Сэнсэй на наше всеобщее удивление. — Сейчас его учёные называют «Баальбекской верандой». Это такая огромная платформа, построенная из гигантских блоков, весом 360 тонн каждый, со специальными отверстиями по бокам платформы. Археологи до сих пор голову ломают о её предназначении. Правда, в отличие от представлений о мире людей предыдущих эпох, хоть уже догадываться стали, что это похоже на космодром, — усмехнулся Сэнсэй. — Их наивность поражает! Они ищут следы копоти от горючего космических кораблей, естественно подразумевая под горючим то топливо и его компоненты, которое известно на сегодняшний день. — И в удивлении Сэнсэй заявил. — Это вообще, какие надо иметь баки с таким топливом, чтобы долететь, к примеру, с Сириуса, да ещё вернуться назад?! Смешные они, ищут следы горючесмазочных материалов, даже не предполагая, что в мире полно других источников альтернативных энергий более экономных, экологически безопасных. Ну, как говорится, кто какой информацией располагает, тот на то и уповает.

Кроме «Баальбекской веранды», существовали и космодромы, для которых не требовалась столь большая площадь для взлётнопосадочных мероприятий. Для данных кораблей отводился непосредственно район у основания нильского «цветка». Естественно, такое интенсивное движение не могло остаться незамеченным людьми, поэтому в памяти поколений сохранились весьма любопытные древние легенды о том времени.

— А какие это упоминания, например? — поинтересовался Николай Андреевич.

— Например, о древнем городе Кхеме, позже наречённом греками Летополисом, который находился у «основания цветка», на западном берегу Розеттского рукава Нила. Сохранились предания, что в глубокой древности его называли «городом удара молнии», а по религиозным источникам Кхем известен, как «дорожный знак, указывающий дорогу Осириса на небо». Считали данный город земным отображением Сириуса. Связывали его и с одним из древних упоминаний имени бога Гора — бога, изображением которого, как вы помните, служил и крылатый диск, и сокол, и человек с головой сокола.

Или вот другой город, который был расположен недалеко от Кхема (практически на одной географической широте) у «основания цветка», известный в древности как Иуну (как вы помните, это библейский Он, или же в греческом варианте Гелиополь, то есть «город Солнца»). О нём тоже сохранилось такое предание, что когдато давнымдавно в Иуну был священный холм, с которого впервые поднялось Солнце. Затем на этом месте в память о прошлом была воздвигнута священная колонна, которая позже была заменена не менее священной реликвией с древних времён — камнем БенБеном, имевшем форму конуса с закруглёнными краями (позже трансформированную в преданиях в греческое слово «пирамидон»).

Древние приписывали этому камню внеземное происхождение. По мнению людей он считается «давно утерянным». В священных знаках он изображался вместе с птицей Феникс, которая восседала на нём. На первый взгляд все эти истории кажутся просто сказкой. Максимум, что могут предположить современные учёные, что древние нафантазировали себе, приняли какойто обыкновенный метеорит за «священный камень», упавший с неба. Ну докопаются до корня «бен», узнают, что он означает «семя», «оплодотворение», свяжут с легендой о Фениксе, который через определённый период прилетает к людям с Востока, рождая новый цикл. В лучшем случае отнесут это всё к религиозному примитиву, связанному с культом плодородия, и на этом успокоятся. А на самом деле всё это далеко не просто так...

Сэнсэй глянул на местонахождение солнца на небе и предложил:

— Пожалуй... давайте немного прервёмся. Пора бы искупаться, как вы, не против, ребята?

— Пора, пора, — согласился с ним Николай Андреевич, окинув взором нашу компанию, — а то уже все подрумянились, как пирожки.

— Эх, вот так всегда, на самом интересном месте! — кряхтя стал подниматься Женька с подстилки вместе с другими ребятами. — Кстати, о пирожках... У нас есть там поживиться чемнибудь вкусненьким?!

И поскольку этот вопрос Женя адресовал Татьяне, то она весело ответила:

— Найдём!

* * *

Мы решили вначале искупнуться. Хотя, по сути, толком никто и не купался. Так, окунулись пару раз, поскольку вода после столь долгого пребывания на солнце показалась уж слишком холодной. Мы с Татьяной вообще только вошли в воду, как тут же выскочили оттуда и направились в продуктовую палатку. Так как с длительным приготовлением обеда никто возиться не захотел, мы соорудили на скорую руку лёгкие бутерброды для всех. Ребята тем временем, по инициативе Николая Андреевича, несколько обустроили наш пляж, натянув над подстилками большой тент, дабы защитить всех от прямых, палящих лучей солнца и комфортнее устроиться для дальнейшего отдыха. Получилось очень даже хорошо. Дул лёгкий ветерок, который в тени тента, как мне показалось, был более «освежающим». Мы соорудили на подстилках импровизированный стол с бутербродами и минеральной водой. Когда все дружно подкрепились, Сэнсэй продолжил своё увлекательное повествование. На этот раз я уже вооружилась своей записной книжкой вместе с ручкой и стала более детально фиксировать рассказ Сэнсэя.

— Так вот, об Имхотепе, — начал Сэнсэй. — Этот человек умело и достойно воспользовался знаниями, которые открыл ему Сокровенник. Вскоре Имхотеп, благодаря своему неустанному труду, прославился среди людей как искусный врачеватель и был приглашён ко двору фараона, известного сегодня в истории под именем Джосер (хотя в Древнем Египте его имя звучало иначе) — царя третьей династии, который обосновал свою столицу в городе Мемфисе. Точнее сказать, тогда этот город египтяне тоже именовали поиному — «ХетКаПта», что означало «палата души бога Пта» (или же «дворец души бога Пта»), так как верховным богом этого города считался богремесленник Птах. А до этого назывался просто «Город белых стен». Мемфис — это уже греческая интерпретация более позднего египетского наименования этого города «Менефер» («Хорошая гавань»). Если посмотреть на современную карту, то этот город был расположен недалеко от нынешнего Каира в стратегически важном месте Нильской дельты. Сейчас от города остались лишь руины, погребённые под толстым слоем песка. Кстати, в Ветхом завете этот город именован Ноф.

Имхотеп зарекомендовал себя не просто как выдающийся врач, но и мудрый человек, хорошо разбирающийся в естественных науках (сегодня у нас эти науки именуются астрономия, математика, химия, физика, геометрия), да к тому же, как потом оказалось, имеющий талант оратора и отличного организатора. Вскоре фараон Джосер назначил его на должность своего верховного сановника, первого человека в государстве после фараона, вроде визиря или нынешнего премьерминистра в Западных странах. Этот случай в те времена вообще был беспрецедентным, поскольку данную должность занимали люди из потомственной знати. Имхотеп же был выходцем из семьи простолюдина и достиг этого положения, что называется, своим умом и трудом.

— Угу, благодаря знаниям, которые дал ему Сокровенник, — сказал Андрей.

— Да, но получить знания — это одно. Надо же ещё ими правильно воспользоваться, — заметил Сэнсэй. — Чтобы вы могли лучше оценить то, что удалось сделать этому Человеку для людей, я вкратце ознакомлю вас с той обстановкой, которая царила в государстве при фараоне Джосере до появления в верхах власти Имхотепа.

Глава государства был озабочен усилением своей власти. Он пытался укрепить свои позиции на севере, вёл войну на южных границах. Контролировал разработку медных копий на Синайском полуострове, которыми до этого владели его предшественники по власти. В общем, больше был занят решением своих «стратегических» проблем, чем нуждами народа. Его свита ему вторила.

Жрецы были озабочены своими политическими интригами и противостоянием между собой в борьбе за доминирование своей теологической концепции. Ведь тогда в каждом «сепе», или как назвали потом греки — «номе» (то есть области понашему, на которые делилась страна), были свои боги, свои религиозные концепции, основанные, надо сказать, на остатках одних и тех же более древних знаний. Однако центральными богами всей страны провозглашались боги того нома, где в данный момент находилась столица. А житьто очень хорошо хотелось всем влиятельным жрецам, претендующим на большую власть. Вот и прокручивал каждый свои комбинации в борьбе за власть, вплоть до того, что если доктрины конкурирующей религиозной концепции влияли больше на воззрения людей, то жрецы даже шли на то, что добавляли не только главные моменты этой концепции в свою систему, но и сами атрибуты «конкурирующего» бога к их «собственному».

— Мда, а всётаки жрецы, хоть и стояли у власти, но ориентировались на воззрения простых людей, — заметил Николай Андреевич.

— Естественно. И как бы парадоксально это для вас ни звучало, но они зависели от воззрений простых людей! Это ведь хлеб жрецов! Они только внешне поддерживают иллюзию своей власти, демонстрируя, что любое религиозное положение их верующих зависит от общего решения правящей верхушки данной религии. А на самом деле это всего лишь небольшая кучка людей, которые боятся утратить свою власть, если большинство людей изменят своё мировоззрение. Ведь вместе с этой властью они утратят и свою значимость «посредников» между богами и людьми, а значит не только политическое влияние, но и довольно комфортное и безбедное существование, которое обеспечивает им эта власть.

— Это верно, — подтвердил Николай Андреевич.

— Так что тогда религия была больше политикой и жрецам было выгодно держать свою паству в повиновении... Так вот, в самих номах правили наместники фараона, такая провинциальная аристократия, в основном проводившая время в праздности. И если в какихто вопросах они нуждались в поддержке народа, то обычно заручались лояльностью своих подданных опятьтаки с помощью жрецов. Некоторые наместники номов приходились родственниками фараону, так как тогда у монархов был такой обычай брать себе в жёны дочерей правителей номов или же заключать браки между ними и своими детьми.

— Да уж, — усмехнулся Николай Андреевич. — Живучий, однако, оказался этот «обычай».

Сэнсэй лишь улыбнулся и продолжил дальше.

— Но такие политические браки не всегда приносили провинциальной аристократии долгожданную связь с правящим домом. Иногда это оборачивалось непримиримой враждой и соперничеством. А когда у фараона появлялось несколько наследников от разных жён — претендентов на престол, то и вовсе могло перерасти в заговоры и контрзаговоры с тайной поддержкой некоторыми жрецами и заинтересованными вельможами, которые в свою очередь тоже мечтали пропихнуть своего сына или близкого родственника в правители номов.

На последних словах Николай Андреевич ещё больше рассмеялся:

— Нет, ну точно ничего не изменилось!

— В общем, почти каждый, начиная от фараона, высокопоставленных жрецов, вельмож, правителей номов и заканчивая сборщиком натуральных налогов, был занят насущной проблемой: как бы чего где украсть, побольше себе отхватить, расширить сферу своего влияния. А простой народ в основном был обделён вниманием власти и предоставлен сам себе, как говорится, выживал, кто как мог. Коммерческая деятельность страны контролировалась крупными городами, вернее теми, кто ими управлял. Даже Мемфис, важный в то время ремесленный и торговый центр государства с большим многонациональным населением, жил своей отдельной жизнью. Короче говоря, всё как всегда. Каждый был занят своими проблемами: у когото суп редкий, а у когото жемчуг мелкий.

Так что Имхотепу «в наследство» от предшественника досталось не самое лучшее положение дел в стране. Тем более, как человек Знания, он понимал причины того, что творилось вокруг. Он был осведомлён, что основные торговые центры Египта негласно контролировались людьми Архонтов и подобное положение дел в стране, а также озабоченность людей собственными проблемами — им только на руку. Зная это, Имхотеп поступил очень мудро.

За достаточно короткий срок он навёл в стране порядок. В первую очередь, он отстранил людей Архонтов от власти, поставив на их места ответственных людей, хорошо знающих своё дело, которым доверял. Реорганизовал чиновничий аппарат и заставил чиновников работать. Ввёл среди них строгую дисциплину: любое воровство, обман, взяточничество, корыстное использование своего положения пресекались и жёстко наказывались. Он сделал фараона защитником всех подданных: больших и малых. Благодаря Имхотепу были введены справедливые законы, выполнявшиеся неукоснительно. Любой человек в этом государстве, даже бедный простолюдин, с которым поступили несправедливо, мог не просто пожаловаться на своего обидчика, даже если тот был власть имущим, но, говоря нашим языком, подать на него в суд и выиграть дело. Имхотеп сформировал группы, которые достаточно быстро и эффективно проверяли жалобы от населения. И если эти жалобы подтверждались, то виновник наказывался незамедлительно. Изза чего среди простых людей Имхотепа стали называть «Добрый друг бедных людей», «Враг для всех нарушителей закона и подлинный ревнитель Истины», «Мудрец, дающий ценные советы, не ожидая взамен никакой награды», «Тот, кого уважают самые достойные люди». Позже эти народные эпитеты стали приписывать фараонам последующих династий.

Одновременно с этим Имхотеп навёл порядок в ирригационной системе. Поставив ответственных и профессиональных людей во главе работ по строительству каналов, он в короткий срок решил одну из главных проблем египтян, проблему, которая неразрешимым грузом лежала на «плечах» фараона — распределение и потребление воды, как для бытовых, так и для сельскохозяйственных нужд. Ведь в жарком, сухом климате Египта, где среднегодовая температура воздуха составляет около тридцати пяти градусов, недостаток воды провоцировал голод и народные волнения. Ирригационная система существовала и раньше, но была в запущенном состоянии. После наведения порядка, как следствие, не только улучшились условия жизни простых людей, но и значительно повысились урожаи. Появился избыток зерна, который привлёк торговцев из других стран. Появились дополнительные доходы. Стала быстро наполняться казна фараона (и это уже в мирных условиях, без войн!).

Благодаря инициативе и заботе Имхотепа повсеместно начали открываться школы, так называемые «Дома жизни», «Дома Мудрости», и знания стали доступны не только привилегированному меньшинству. Сначала Имхотеп организовал специальные школы при дворе фараона, где лично обучал вместе со своими помощниками способную молодёжь (в основном детей чиновников) тем специальностям, которые на данный момент были весьма необходимы государству для наведения в нём порядка — это писари, учётчики, организаторы различных работ. Их учили чтению, счёту, письму и другим необходимым в их профессиях наукам и навыкам... Кстати говоря, в то время в основном писали иероглифы на глиняных черепках, коже, обломках известняка. Но именно Имхотеп ввёл в обиход специально обработанные стебли болотного растения папируса, обильно растущего на берегах Нила, в качестве писчего материала.

Так вот, эти затраты времени и средств на обучение талантливой молодёжи настолько оправдали себя, что вскоре Имхотепу удалось добиться повсеместного открытия подобных школ при храмах, где стали готовить будущих чиновников, законников, докторов. И что самое примечательное, туда начали набирать талантливых и способных детей из народа. А позже открылись школы и при некоторых государственных организациях, где способных детей (даже из бедных семей) готовили к конкретной, заранее выбранной самими учениками профессии: скульптора, торговца, каменщика и так далее.

И чем способнее и одарённее был молодой человек, тем больше его посвящали в более углублённые науки. Имхотеп сделал так, что молодёжь была сама заинтересована в том, чтобы обрести прочный и качественный фундамент знаний. Почему? Потому что чем талантливее, профессиональнее и способнее был человек, тем государство больше открывало перед ним возможностей карьерного роста, а это улучшало условия его жизни. Причём революционным являлось то, что не важно было, из какой семьи ты вышел (бедной или богатой), ибо, в первую очередь, ценились твои способности и высокие нравственные качества. В конечном счёте, такая политика привела к тому, что дала людям реальную возможность проявить свои лучшие качества и способности. Например, даже простой писарь, обладающий высокими нравственными и профессиональными качествами, а также организаторскими способностями, мог стать наместником какоголибо города (вроде царского губернатора) и даже нома, то есть войти в привилегированный класс. Короче говоря, реализовать себя как Личность, благодаря своему таланту.

Понимаете, что происходило?! Способные люди стали интенсивно выдвигаться на передний план, начиная от высших эшелонов власти и заканчивая низшими, начиная от управленческих структур государства и заканчивая наукой, образованием, медициной и искусством. В обществе стало модным быть нравственно воспитанным, вежливым, умным, грамотным, ставить перед собой высокие цели. А почему? Потому что государство стало активно поощрять моральные и интеллектуальные достижения своих граждан.

Но Имхотеп пошёл ещё дальше. Мало того, что он заинтересовал человека в повышении своего профессионализма, он ещё и поднял его значимость в лице других людей. Он сделал почётной чуть ли не каждую профессию и тем самым заставил людей уважать себя и свой труд, вне зависимости от того, на какой ступеньке социальной лестницы они стояли и к какому классу принадлежали. Благодаря этому повысилась, в первую очередь, культура общения между людьми. Все классы общества стали поддерживать деловую дисциплину, уважать закон и порядок. Имхотеп создал такие условия, что люди теперь были больше озабочены улучшением нравственности и качества своего труда. А в результате все были заняты делом на благо государства, начиная от фараона, который весь день занимался общественными делами... Кстати говоря, именно благодаря Имхотепу он прекратил воевать, ибо как говорил Имхотеп «речи сильнее оружия»... Даже каждый принц в системе госзанятости Имхотепа получал конкретный общественный пост, где от него требовалось эффективно выполнять свои обязанности. Ибо фараоном было объявлено (не без подсказки ему этой идеи Имхотепом), что только достойный наследник займёт его место. А это, в свою очередь, стимулировало жён фараона активно помогать своим сыновьям в общественных делах, дабы именно их сын стал достойным трона. Такая общественная нагрузка и ежедневная занятость жён фараона была только во благо государства. Ведь, как известно, праздный мозг — мастерская дьявола. А тут интриги и козни уступили место деловой хватке и здоровой конкуренции.

Так вот, все были заняты, начиная от фараона и заканчивая простым человеком. И бездельникам, лентяям, хапугам и ворам больше не было места в этой стране, ибо исчезли условия для их процветания и уже само общество отвергало их. И как следствие такой мудрой политики Имхотепа для людей этого государства наступила эпоха стремительного прогресса.

Но самым беспрецедентным была та идеология, которая благодаря Имхотепу установилась в обществе. Причём Имхотеп специально не занимался массовым внедрением её в народ. Он всего лишь был тем, с кого люди желали брать пример: жил просто, говорил мудро и поступал справедливо, почеловечески. За что он и его мировоззрение приобрели столь широкую популярность среди народа.

Именно благодаря широкой славе Имхотепа идеалом древнего египтянина стал считаться его образ, то есть человек немногословный, мудрый, стойкий к лишениям и ударам судьбы, с гуманистическими взглядами, глубоко человечный, с абсолютной верой в существование души после смерти тела. Многие люди последующих поколений (не говоря уже о тех, кто жил в его время) были воспитаны на таких популярных пословицах и изречениях Имхотепа, как:

«Лучше быть бедным и жить в пустыне, но с лотосом в душе, чем быть богатым и жить среди людей, но с пустотой в душе»;

«В свободе нет пользы для человека, коль он слеп к своей душе»;

«Заслуги измеряются по деяниям, совершённым тобою»;

«В час испытаний не ищи друзей и не проклинай врагов, а уповай на Бога»;

«По рабству тоскует лишь тот, кто жаждет свергнуть царя, давшего ему свободу»;

«Процветает тот, кто помогает людям, пребывающим в нужде, а не тот, кто заставляет других бояться себя».

И многие другие изречения Имхотепа, которые использовали в своих «поучениях» жрецы и визири последующих поколений, поскольку слова Имхотепа были весьма популярны в народе и передавались из уст в уста, из поколения в поколение.

Имхотеп довольно лояльно относился ко всем религиозным концепциям государства. Он заслужил неподдельное уважение и расположение к своей особе не только фараона, но и влиятельных жрецов различных религий, поскольку даже в отношении политики жрецов он вёл себя очень тонко и мудро. Сам же он занимал твёрдую позицию веры, базирующейся на Знании. В нём не было сомнений в том, что он говорил, в нём не было двуличности, как это просматривалось у многих жрецов и вельмож. В нём чувствовался Человек Знания. Поэтому для многих людей, нашедших в нём этот невидимый, но вполне ощущаемый фундамент веры, Имхотеп стал открывателем Истин. Именно во многом благодаря его стилю жизни и мировоззрению в понятия египтян вошла абсолютная уверенность в том, что эта жизнь временна и она дана для того, чтобы человек своей праведностью, честностью мыслей и поступков перед Богом (а не перед людьми) заслужил лучшую жизнь в загробном мире. В этом обществе верования в загробную жизнь стали доминирующими.

Конечно же, такая вера родилась не на пустом месте. Вера в загробную жизнь бытовала у египтян с древнейших времён и первоначально, как я вам уже говорил, была основана на знаниях. Просто со временем знания частично утратились, и эти верования приняли форму путанной и непонятной религии. Поэтому большинство людей, так сказать, по инерции поклонялись древним богам, зачастую не понимая и не вникая в саму религию. Это была для них всего лишь дань традиции предков, не более того. Однако, благодаря невидимой работе Имхотепа, всё изменилось.

— Невидимой работе? В смысле, как это невидимой? — поинтересовался Костик, так же как и мы увлечённо слушавший Сэнсэя.

— Минуточку терпения, сейчас об этом расскажу. — Сэнсэй сделал несколько глотков минеральной воды и продолжил повествование. — Все перечисленные заслуги Имхотепа — это лишь видимая часть той огромной работы, которую он успел сделать за свою жизнь. Но более ценной и значимой была та невидимая работа, которая тщательно скрывалась от посторонних глаз. Высокая должность открывала Имхотепу реальную возможность внести свою лепту в реализацию поведанного Сокровенником глобального архитектурного проекта мирового масштаба, который мог оказать неоценимую помощь человечеству далёкого будущего.

— Надо же какой широкой души был этот человек, — задумчиво сказал Николай Андреевич. — Находясь на вершине власти, думал, в первую очередь, о простых людях, заботился о будущем человечества. Где нынче сыщешь в верхах такого порядочного человека?

Сэнсэй кивнул, однако не стал заострять на этом внимание, продолжая свой рассказ.

— Имхотеп в решении этого сложнейшего вопроса тоже поступил очень мудро. По сути, видимая часть его работы — это была подготовка к основной работе. Ведь создать то, что хотел Имхотеп, было возможным лишь в условиях высокоорганизованного общества. Так вот как он поступил. Досконально изучив нравы и психологию правящей элиты — жрецов и, в особенности, фараона, он сыграл на их же слабостях ради реализации своих планов, которые впоследствии принесли неоценимую духовную помощь многим людям. Имхотеп предложил Джосеру на то время совершенно небывалый по размаху проект, от которого тот просто не смог отказаться. Поскольку фараон, так же как и другие египтяне, по своей вере должен был заботиться, в первую очередь, о своей жизни после смерти и, как это было принято у правителей, он обязан был построить себе гробницу ещё при своей жизни. Имхотеп подал ему идею — воздвигнуть необычную усыпальницу. Необычность заключалась в том, что это была не просто мáстаба...

— Мастаба? А что это такое? — вежливо поинтересовался Юра.

— Вначале это были прямоугольной формы деревянные гробницы египтян. Потом гробницы стали делать из кирпича, превращая в целые сооружения с декоративными нишами, указывающими на место захоронения и закрывающие его. Хотя «мастаба» — это не египетское, а арабское слово означающее «каменная скамья». Эти сооружения так прозвали арабские рабочие, работавшие с археологами в Египте в XIX веке.

Так вот, Имхотеп предложил Джосеру построить вместо привычной усыпальницы ступенчатую пирамиду, да не из простого сырцового кирпича, который тогда был распространённым строительным материалом, а из тёсаного камня, что предполагало долговечность. В те времена для Египта это было революционным решением. Идея Имхотепа построить «лестницу, сброшенную с небес для божественного восхождения фараона» настолько вдохновила Джосера, что он распорядился немедленно начать работы, не жалея на это средств, поручив строительство самому Имхотепу. И это при том, что для Джосера уже была построена большая кирпичная мастаба в Абидосе — месте, где традиционно хоронили фараонов.

— Ну да, это называется, Имхотеп проявил инициативу, ему и поручили, — усмехнулся Стас. — Говорят же, инициатива всегда наказуема!

— Но только не в этом случае, — возразил Сэнсэй. — Имхотеп был больше всех заинтересован в этом проекте. Он смог заинтересовать в нём не только фараона, но и влиятельных жрецов, поскольку данный проект предполагал строительство, кроме необычной усыпальницы для фараона, целого комплекса, включающего в том числе и храмы. Да ещё за счёт фараоновой казны. А, следовательно, это обеспечивало жрецам будущий доход от служения в этих храмах. Более того, он включил в план строительства даже огромное зернохранилище, так сказать, государственного уровня. И надо отметить, что впоследствии, благодаря большим запасам хранящегося там зерна, египтяне достаточно безболезненно переживали годы неурожая и засухи.

Место, выбранное Имхотепом для строительства данной усечённой пирамиды, было отнюдь не случайным. Оно располагалось на краю плоскогорья, того самого плоскогорья, на котором в нескольких километрах к северу находился Большой Сфинкс. Имхотеп, объясняя план строительства фараону, жрецам и вельможам, мотивировал выбор этого места на пустынном плато якобы более близким расположением к Мемфису и прекрасным видом, который открывается оттуда на город. На самом же деле это место точно соответствовало географическим координатам одной из отметок на «звёздной карте», показанной ему ещё Сокровенником. Большой Сфинкс, воздвигнутый задолго до этого времени (а не после смерти Имхотепа, как сейчас предполагают, якобы во времена строительства больших пирамид!), являлся важным ориентиром для выверенного и точного месторасположения данной усечённой пирамиды.

Так вот, это грандиозное строительство было специально растянуто не на одно десятилетие. Почему? Потому что мало построить этот объект, нужно было, чтобы он ещё и «заработал». А для этого необходимо было самое главное в этом деле — высокодуховные люди, причём как мужчины, так и женщины. На их воспитание и обучение Имхотеп потратил много лет, изза чего он растягивал в принципе и сроки данного строительства, объясняя элите такую задержку улучшением и модернизацией своего архитектурного плана.

— Значит, первичным и важным для Имхотепа были сами люди, — уточнил Николай Андреевич.

— Безусловно. Так вот как поступил Имхотеп... Он собрал со всего Египта лучших мастеров своих профессий, а им в помощники — лучших по нравственным качествам людей (и мужчин, и женщин), и организовал для них не только постоянную занятость, но и лучшие условия проживания, подняв их социальную значимость для государства. Имхотеп развернул не просто стройку. Это было нечто вроде нынешнего государственного предприятия с полным комплексом социального обеспечения, начиная от решения бытовых проблем человека и заканчивая качественным медицинским обслуживанием. И на этом огромном предприятии, на котором работали и пекари, и врачи, и писари, и учётчики, и скульпторы, и каменщики, и люди других специальностей, хватало работы всем, как мужчинам, так и женщинам.

— Так они же были там все рабами и рабынями! — с удивлением изрёк Костик. — Особенно женщины.

— Отнюдь, — возразил Сэнсэй. — Этот комплекс строили свободные люди. И к женщине в Древнем Египте, вопреки бытующему ныне мнению, относились с особым уважением. Она занимала значимое положение в обществе, в первую очередь, как мать и продолжательница рода, а также имела права в обществе наравне с мужчинами. Женщина могла выбрать себе любую профессию, которая ей нравилась. Талантливые женщины становились верховными жрицами, врачами и даже зодчими.

— Секундочку, — проявил заинтересованность в этом вопросе Николай Андреевич. — Получается, что в Древнем Египте были верховные жрецы и верховные жрицы?

— Да, например, высший жрец, в том же Иуну, именовался как Ур Маа, а высшая жрица — Урт Текхент. Их статус и уровень знаний были равносильны статусу и уровню людей высших учёных степеней.

— Ты хочешь сказать, что это были люди науки, в том числе и женщины?! — ещё более удивлённо произнёс Николай Андреевич.

— А что тебя смущает? — в свою очередь спросил Сэнсэй.

— Нет, ну я както читал, что в древние времена, если женщина и участвовала в какихто религиозных обрядах, то её роль обычно сводилась к исполнению церемониальных танцев, в крайнем случае, обеспечению служб музыкальным сопровождением. Но, как правило, особенно в тех храмах, чей бог был связан с плодородием, её родом занятий была, так называемая, «священная проституция».

— Это явление имело место в действительности, но лишь в качестве отголоска и пустого подражания людьми, так называемым, «актам божественной силы», которые проходили в тайной организации Имхотепа среди узкого круга посвящённых, где женщины играли ведущую роль. Таких таинственных людей Имхотепа называли «обладатели священных сил» — жрецы Ур Хеку и жрицы Урт Хекау, поскольку божественную силу, которую они получали свыше при этих «актах силы», называли Хека. Данные люди являлись не только накопителями и хранителями этой божественной силы, но могли передавать её предметам, «освящая» их, а также с её помощью помогали больным людям в исцелении. Поэтому они были ещё врачами и не простыми, а универсальными, самыми искусными среди древних медиков, хотя эти люди всего лишь пользовались чистыми Знаниями. Я тебе какнибудь позже расскажу об этом подробнее.

— Простите, а почему такие ограничения в Знаниях в иерархии медиков? — официальным тоном поинтересовался Николай Андреевич.

— Потому что эти Знания доверялись только духовно чистым людям. И таинство получения Силы хранили в глубокой тайне. Поскольку Сила она и есть Сила. Она, как строительный молоток, может применяться для созидания, а может — для разрушения. Всё зависит от Мастера, который держит этот молоток в своих руках.

— Разумно, — заметил Николай Андреевич.

— А что касательно людей науки в те времена — да, талантливые женщины тоже добивались значительных успехов на этом поприще. Взять ту же медицину, даже сегодня ты можешь найти упоминание о том, что «первую в истории врачаженщину, практиковавшую в Мемфисе в III тысячелетии до новой эры, звали Песечет». Хотя на самом деле это была далеко не первая женщинаврач, просто археологи нашли единственное древнее документальное упоминание об этом, поэтому и назвали эту женщину первой... Медицина же в то время считалась священной наукой и её изучали при храмах. Считалось, что выздоровление человека зависело не только от врачебных практических знаний, но и от божественной воли, поэтому помимо медицинских знаний медики изучали священные тексты. Жрецврач не имел права начать лечение больного, не прочитав молитву.

— Молитву? — вновь зацепился за слово наш психотерапевт. — Но, насколько мне известно, в религии Древнего Египта практиковались колдовство и заклинания.

Сэнсэй улыбнулся и, включившись в эту игру «официального тона», ответил:

— Доктор, у Вас просто неверное представление о реальной действительности того времени. И позже Вы поймёте почему. И не просто поймёте, а найдёте необходимые ориентиры, по которым сами доберётесь до исчерпывающей Ваши сомнения правды о том времени. А пока замечу, что колдовство в Древнем Египте было запрещено. Существовали чёткие разграничения божественного мистицизма, который был основан на знаниях древних, молитве и кропотливом духовном труде в служении Богу, и колдовства, которым в основном занимались любопытные миряне из своих эгоистических побуждений, а также колдуны или так называемые «чёрные маги» — люди, обладавшие определёнными знаниями и использовавшие их в корыстных целях против других людей. Более того, присутствовало твёрдое убеждение, что колдовство наносило вред душевному здоровью человека. И, кстати говоря, существовала даже такая специализация жрецов, называемых Уаб Сехмет, которые занимались «нейтрализацией» деятельности чёрных магов. Отголоски этой жреческой специальности можно наблюдать и в современном мире. Похожее практикуют нынешние священники, занимающиеся экзорцизмом.

— Хорошо, но ты же не будешь отрицать, что в Древнем Египте практиковались магические предсказания будущего, астрология в конце концов?! — не унимался Николай Андреевич.

— Буду, — твёрдо, но с улыбкой заявил Сэнсэй. И тут же пояснил: — Эти явления были, но они имели совершенно другой подтекст, нежели это трактуется сегодня. Ну вот, например, предсказания. Одна из «заповедей» египтян гласила о том, что человеку запрещалось пытаться узнать будущее и прибегать к услугам гадателей. В правилах для жрецов было записано: «Не пытайся узнать того, чего ещё не стало». Более того, титул высшего жреца (которым впоследствии был награждён и Имхотеп) именовался Ур Маа, что означает «Великий провидец». Но деятельность данного жреца не была связана с магическими предсказаниями. Его цель заключалась в правильном истолковании уже произошедших событий, для того чтобы «понять волю Бога, от которой зависело будущее». Поскольку египтяне весьма внимательно относились к произошедшим какимто значимым событиям, «знамениям» и сновидениям, считалось, что через них Бог пытается о чёмто предупредить людей. И хочу отметить, что древние египтяне, вследствие таких верований, были вообще весьма наблюдательными людьми, как по поводу природных явлений, так и социальных. Выявление аналогий и закономерностей носило форму «предсказаний». То же касалось и астрологии. Астрология того времени не была «прорицательской». В общем всё это скорее можно назвать научным прогнозированием в аграрных, астрономических, медицинских вопросах. Ведь именно жрецы в то время занимались развитием науки как таковой.

— Так всётаки, кто были жрецы — религиозные деятели или учёные? — спросил Виктор.

— И те и другие. У них вообще была особая жреческая структура. Высшие жрецы являлись религиозными деятелями, которые занимались общими вопросами религии, политики и науки. Также в этой структуре имелись жрецыучёные, жрецыврачи, жрецыписари, жрецыхозяйственники, жрецысвященники, проповедники. Кстати, как раз последние на храмовых службах зачитывали верующим «божественные законы», религиозные «поучения» и давали наставления.

— Хм, надо же, как похожа структура с нынешними религиями, — заметил Виктор.

— Ну, а ты как думал, — с улыбкой произнёс Сэнсэй.

Николай Андреевич же проговорил с некоторой долей скептицизма:

— Мда, я представляю, если в современном мире с приоритетом научных знаний врач начнёт читать молитву перед тем, как лечить больного. Получится несостыковочка...

— Несостыковочка?! — усмехнулся Сэнсэй. — А вам известно, доктор, что даже те, кого ныне считают в мировой медицине самыми прагматичными людьми, я имею в виду хирургов, работа которых связана с живой материей... и не просто хирургов, а выдающихся хирургов.., молились до операции, во время операции и после операции. И молятся до сих пор за здоровье своих пациентов. Ибо знают на собственном опыте, какими бы высокими профессиональными качествами не обладал врач, но многое в его практике зависит от воли Свыше.

— Да? — искренне удивился Николай Андреевич и задумчиво промолвил: — Не знал, не знал...

— Но мы немного отвлеклись от главного дела Имхотепа, — вернулся к основной теме Сэнсэй. — Благодаря такому грандиозному, беспрецедентному строительству и привлечению к реализации этого проекта лучших людей Египта, у Имхотепа появилась возможность отобрать себе в личные ученики лучших из лучших как мужчин, так и женщин, тех, в ком просматривались зёрна духовности и человечности. В эту группу, которую взялся обучать лично Имхотеп, входили люди разных специальностей, но первоначально её основу составляли каменщики. Поэтому Имхотеп и назвал условно свою группу «Свободные каменщики», то есть те, кто стремился к свободе души, и приобретал твёрдые, как монолит камня, веру и знания.

Постепенно родилась и символика «Свободных каменщиков» Имхотепа, которую потом так лихо скопировали себе «Вольные каменщики» от Аримана: фартук каменщика, камень, молот, пирамида со всевидящим оком (древний знак Шамбалы, а для каменщиков Имхотепа это принадлежность к светлым, духовным силам), Феникс, Сфинкс
(а у «Вольных каменщиков» потом стал лев), лапа Сфинкса (львиная лапа), числа 3, 5, 7, 13, 33 (это количество людей, образующих определённый круг силы) и другие. Они узнавали друг друга по определённым словам, знакам и прикосновениям, и это потом взяли себе на вооружение «Вольные каменщики». Кстати говоря, ставший популярным у «Вольных каменщиков» знак пентаграммы — равноугольная пятиконечная звезда — был одним из важнейших символов у «Свободных каменщиков», но в корне отличающийся по трактовке. Дело в том, что по изначальным знаниям науки «БеляоДзы» звезда — это есть символ женского божественного начала, круг же обозначает бытие, Вселенную. Звезда в круге — это и есть присутствие женского божественного начала в круге бытия. Кроме того, женское начало рассматривалось и как сосуд для реинкарнаций, а женщина — дарящая силу и жизнь. Почему в Древнем Египте и стали обозначать звездой в круге царство Дуат, как царство перерождений человеческих душ.

Так вот, возвращаясь к Имхотепу. Он сколотил сильное ядро тайной организации под названием «Свободные каменщики», то есть людей, вольных от материи этого мира, духовно свободных. Основной целью их движения было постижение именно духовных этапов совершенствования. До этого данные люди поклонялись разным богам, поскольку в Египте, как я уже говорил, в то время почти в каждом городе, каждом храме поклонялись своему богу, грубо говоря, было многобожие. Но благодаря Имхотепу, который открыл им тайные знания, все эти люди, сохраняя внешнюю принадлежность к своим богам, на самом деле поклонялись лишь одному Богу Единому, которого втайне называли «Великим Зодчим Мироздания».

Окрепнув в духовных практиках и получив Знания, личные ученики стали ему надёжными помощниками в его духовной работе. И когда они начали оказывать различную помощь людям, слава об Имхотепе ещё более разрослась по Египту, ибо сами его ученики по меркам людей творили невероятные чудеса, начиная от излечения тяжёлых больных и заканчивая необычным влиянием на людей и даже погоду. Когда информация об этом тайном обществе, что называется, просочилась в народ, многие люди задались целью попасть в личные ученики к Имхотепу. Хотя сам Имхотеп отрицал всяческие слухи по поводу существования подобной организации и тем более какогото своего «тайного» обучения других людей.

— А почему? — изумилась Татьяна.

— Ну, вопервых, чтобы обезопасить своё духовное «детище» от Архонтов и некоторых влиятельных людей — противников политики Имхотепа, мечтавших о старых временах своей безнаказанной воровской деятельности. А вовторых, Имхотеп слишком хорошо знал природу самих людей, скоротечность их желаний: сегодня они загораются в духовных порывах, а через некоторое время снова тухнут, склоняясь к реализации желаний своего Животного начала. А те Знания, которые поведал Имхотепу Сокровенник Шамбалы, требовали твёрдости и устойчивости в духовных намерениях человека и самое главное — чистоту помыслов и желаний. Кроме того, многие люди желали обучаться у него именно потому, что хотели тайно обладать этими знаниями лишь для получения силы и власти над другими людьми, дабы реализовывать какието свои меркантильные, эгоистичные цели и задачи. Поэтому Имхотеп никогда не брал тех, кто жаждал у него обучаться на порывах сиюминутного, одномоментного вдохновения. Он гнал таких «желающих», как говорится, «метлой», вне зависимости, хороший это был человек с истинно духовными намерениями на данный момент или плохой со своим комплексом «манечки». — Сэнсэй усмехнулся и уточнил. — Вернее даже сказать не метлой, а посохом, с которым он не расставался.

— Посохом?! — враз встрепенулись старшие ребята.

Сэнсэй утвердительно кивнул и ответил на невысказанный вопрос ребят:

— Этот человек в совершенстве владел, так называемым ныне стилем «Старый лама».

— Да, несладко приходилось приставучим, — весело сказал Володя.

— Ну так, посох не сахар, — так же ответил Сэнсэй. — А если говорить серьёзно, то такая предосторожность Имхотепа в отборе людей была отнюдь не случайна. Вообще как люди чувствуют Человека Знания необъяснимым для себя образом, так и Человек Знания «видит» желания людей и чувствует их... скажем так, зрелость в духовном отношении. Есть определяющий фактор в этом деле — это внутренний выбор, как с одной, так и с другой стороны. Если он совпадает, значит, данный человек пойдёт с Человеком Знания в одном направлении.

— Не понял, как это? — спросил Андрей.

— Вот, например, когда к Имхотепу приходили люди и высказывали ему свои пожелания у него обучаться, он отнекивался как мог, но наблюдал за их поведением и реакцией на этот отказ. У многих же проскальзывали мысли вроде такой: «Ну вот же Я! Я хочу познать тайны! Учи Меня!» Такие люди, как правило, своим напыщенным эгоцентризмом, сами того не замечая, сразу вызывали неприязнь и отторжение. Но были и те, у кого слова лились не от разума, а от сердца, от души. К таким Имхотеп присматривался, но какоето время всё равно не подпускал к себе близко, дабы проверить, истинны ли намерения человека, действительно ли устойчив его выбор, дабы решение человека было зрелым и вполне осознанным. И, как правило, такие люди, очевидно подсознательно чувствуя это, настойчиво пытались быть у него на виду и всей душой стучать в двери Знания. И, в конце концов, они добивались своего. Ибо, как говорится, нет такой двери, которая бы не открылась, если настойчиво в неё стучать.

— Понятно, что к нему в ученики трудно было попасть. Если он занимал такой высокий пост в государстве, к нему вообще трудно было попасть, — высказался Николай Андреевич.

— Вот в этом ты ошибаешься, — возразил Сэнсэй. — Имхотепу, несмотря на его высокий пост, приходилось довольно часто выходить в люди и общаться с простым народом, дабы быть в курсе реально происходящих процессов и событий в обществе. И посох был его единственным «сопровождающим».

— Подожди, ты хочешь сказать, что Имхотеп, будучи в государстве первым человеком после фараона сам выходил в народ и общался с ним напрямую? Без свиты? — удивлённо промолвил Николай Андреевич.

— Совершенно верно, — подтвердил Сэнсэй. — Причём он посещал не только крупные города, но и довольно отдалённые поселения и был в курсе реального положения дел в государстве.

— А что, разве его помощники не докладывали ему о реальном положении дел в государстве?

— Почему не докладывали? Докладывали и не один раз в день. И, тем не менее, Имхотеп, хорошо зная людей, перепроверял многие сведения лично, изза чего ввести его в заблуждение или обмануть в какомлибо вопросе было практически невозможно, даже более того — чревато последствиями для того «помощника», который бы осмелился на такой шаг.

Так что даже простой человек мог подойти к нему и пообщаться о насущных проблемах. Поэтому Имхотеп, как главный визирь государства, был не просто уважаем в народе, но и вполне доступен для общения с ним... Так вот что я хотел сказать по поводу его посоха. Имхотеп не расставался со своим обычным посохом. Но на тайных собраниях «Свободных каменщиков» он был с совершенно другим посохом, тем, который в древние времена имели Бодхисатвы Птах и Осирис. Данный посох выглядел как две переплетённые друг с другом змеи, поднимающиеся вверх, а венчал посох круглый диск с крыльями сокола. Две змеи обозначали одновременно и Стражей духовного пути, и работу древних структур мозга человека, а крылатый диск символически означал тех, кто принёс эти духовные знания на Землю и открыл их людям. На диске имелся знак Шамбалы, в который был помещён особый кристалл.

— Особый кристалл? А что за кристалл? — поинтересовался Николай Андреевич.

— Это, конечно, интересный вопрос, но об этом я расскажу какнибудь потом, — загадочно ответил Сэнсэй и продолжил: — Так вот что касательно этого посоха. Впоследствии им владели духовные преемники Имхотепа до того времени, пока Ариман с помощью Архонтов не развалил всю духовную основу данной организации, построенную Имхотепом. Когда Архонты стали стремительно превращать организацию «Свободных каменщиков» в аримановскую структуру, последний из последователей Имхотепа успел снять кристалл с посоха ещё до того, как сам посох попал в руки «Вольных каменщиков». А поскольку последние вовсю использовали знаки и предметы «Свободных каменщиков» в качестве личной символики, лишь слегка их видоизменив, то данный таинственный посох использовался и в их собраниях и служил отличительным символом высшей власти его обладателя. Но это уже была всего лишь пустая атрибутика, не более того. А когда организация «Вольных каменщиков» значительно разрослась и начали образовываться другие, так называемые ложи, глава их организации уже прилюдно выходил с данным посохом. При этом всем посвящённым людям было понятно, что обладатель этого, так называемого ими «жезла», был их «верховным жрецом». Однако этот символ стал привлекать внимание и непосвящённых людей. И для того, чтобы у последних не возникало лишних вопросов, были придуманы различные легенды о происхождении этого посоха. Так возникли и античные легенды, где согласно Гомеровским Гимнам сын Зевса, вестник олимпийских богов, покровитель пастухов, торговли и прибыли Гермес, получил жезл («кадуцей») от самого Аполлона...

— Это было описано у Гомера? — уточнил Костик, услышав знакомое ему имя автора, и хвастливо произнёс: — О! А у меня дома есть его поэмы «Илиада» и «Одиссея»!

— Кстати говоря, насчёт Гомера, — сказал Сэнсэй. — Человекапоэта с таким именем на самом деле никогда и не было. «Гомер» — это псевдоним. Само слово произошло от преобразования греческого слова homilia, что означает «беседа», «религиозная проповедь нравоучительного характера». Кроме того, на других греческих диалектах это слово имеет ещё несколько значений — «заложник», «поэт», «слепец». Под псевдонимом «Гомер» работала целая группа под руководством представителей от Архонтов. Их целью и задачей было создание таких произведений, которые под прикрытием популярных древних легенд, известных исторических фактов внедрили бы в психологию людей выгодную Архонтам идеологию и соответственно оказали влияние на формирование у народов определённого мировоззрения, предрасполагающего к религиозному и политическому главенствованию Архонтов.

— Ничего себе! — изумился Виктор.

— Получается, они создавали нечто вроде «священной книги», как «Ветхий Завет»? — озадаченно промолвил Николай Андреевич и тут же заметил: — Кстати, действительно весьма схожа техника: и популярные древние легенды, и исторический материал...

— Религия для слепцов?! — усмехнулся Женя.

— Зоркий ты наш! — с иронией отозвался Виктор.

— Вот видите, немного внимания и наблюдательности и вы уже начинаете понимать что к чему, — вновь сделал акцент на этих словах Сэнсэй. — Произведения «Гомера» оформлялись практически в то же самое время, что и «Ветхий завет». Просто первое писалось для психологии, скажем так, «западного человека», а второе — для «восточного человека». Хотя и то и другое писалось под контролем одной и той же организации, одними методами, но с несколько иным ракурсом зрения и способом подачи материала, так сказать, с учётом всех этих психологических нюансов. А чтобы не афишировать источник возникновения таких книг, всю славу по письменному оформлению «великих произведений Гомера» приписали правившему тогда афинскому тирану Писистрату, который, как преподносит ныне история, в VI веке до нашей эры создал целую комиссию по записи гомеровских поэм, якобы существовавших до этого в устной передаче.

— Да?! — удивлённо изрёк Николай Андреевич. — Это становится весьма интересным.

Было видно, что эта информация даже для него явилась неожиданной новостью.

А что там плохого в Гомеровских поэмах?! недоумённо проговорил Костик и тут же стал нахваливать эти книги. — Там всего лишь безобидные древнегреческие легенды, мифы о богах и героях. Даже Платон назвал Гомера воспитателем Греции!

— Платон?! — усмехнулся Сэнсэй и добродушно махнул рукой. — Ладно, не будем трогать Платона, сами какнибудь на досуге о нём почитаете и всё поймёте. А что касательно «безобидных» мифов... Для простого обывателя, который вторит рекламе именитых мужей, они конечно кажутся не просто «безобидными», но и «гениальными» поэмами, даже если он их никогда в жизни и не читал. — При этих словах Костик както несколько осунулся и сконфуженно спрятал глаза от Сэнсэя. — Но на самом деле эти произведения далеко не безобидные, особенно если учесть какую идеологию и подсознательный стиль поведения они навязывают человеку. Заметьте, там описывается определённая модель поведения для человека, показанная на отношениях семейного клана олимпийских богов. Кстати говоря, имена некоторых из этих богов, таких как Зевс, Гера, Афина, Артемида и легенды про них были известны ещё в древней критской культуре (3000–1200 гг. до нашей эры) и существовавшей приблизительно в то же время микенской культуре, то есть задолго до создания этих произведений. И в тех древних легендах действительно имелись некоторые ценные знания, закамуфлированные в мифы.

Но группа, которая оформляла эти работы под псевдонимом «Гомера», мало того что переделала всё это посвоему, так ещё в качестве описания этих богов взяла уже образ людей, а не тех мифических персонажей, которые были представлены в более ранних легендах. Причём не просто людей, а весьма ограниченный тип людей со множеством человеческих слабостей, в коих культивируется злость, жестокость, мелочность, безнравственность. То есть, по сути, они, переделывая образы богов, пытались уничтожить духовные основы древних мифических персонажей. Они сделали так, что единственным, что этих новоявленных гомеровских «богов» отличало от людей — было их бессмертие, да и то поддерживаемое принятием «волшебного напитка». Заметьте, в пику популярным египетским представлениям о загробном мире и стремлению человека попасть в него после своей смерти за свои нравственные заслуги в жизни, эта группа рисует представления о загробном мире в самых чёрных красках. Их загробный мир (аид) мрачный и безнадёжный, обиталище полубессознательных теней, где живут чудовища и казнятся преступные титаны. Для чего это делалось? Для того, чтобы человек испытывал страх перед смертью и проникся безысходным отчаянием при мысли об этом. То есть рисуется миропорядок поархонтски и соответствующие кумиры«идеалы» для простых людей. Ибо первично идёт изменение идеологии, внедрение её в массы и популяризация, а как результат — изменение направления движения общества в целом.

Николай Андреевич, внимательно выслушав Сэнсэя, с воодушевлением первооткрывателя произнёс:

— А вообщето ты действительно прав! Как я раньше об этом не подумал! Ведь влияние Гомера на религиозные представления греков было громаднейшим! То есть это было своего рода «гомеровской» религией и эти книги действительно представляли для людей нечто вроде священных книг. Ведь античную мифологию сравнивают с библейской по степени её влияния на развитие культуры многих народов, в особенности европейских. Римляне тоже в своё время во многом заимствовали легенды Эллады, просто посвоему трактуя образы и видоизменяя сюжеты. Да и вообще во всей Европе, благодаря тому, что самыми распространёнными языками был латинский и древнегреческий, античные мифы получили не только широкое распространение, но и изучались, внедрялись в культуру и искусство, в том числе живопись, скульптуру, музыку, прозу!

— Вот, вот, вот, — подтвердил Сэнсэй. — Правильно ты сказал — именно «внедрялись» и приписывались к представлениям о взглядах на мироздание древних греков, то есть целого народа! Хотя на самом деле нравственный «идеал» созданных Архонтами «олимпийцев» настолько дискредитировал подлинные духовные ценности греческого народа, что уже через некоторое время после активного рекламирования данных произведений людьми Архонтов вся эта компания вызвала протесты и насмешки у самих греков. Но посмотрите на сегодняшний мир, как до сих пор возвышают произведения Гомера, приписывая их к «недосягаемому образцу», «великому эпосу» греческого народа, и как скромно и зачастую не в наилучшем виде упоминают о тех, кто был противником этих произведений.

Называется, делайте выводы, господа хорошие! Архонтам выгодно культивировать подобные качества в обществе, причём как это было тогда, так и сейчас. Им выгодно, чтобы люди не вникали в суть преподносимых «кумиров», а просто тупо копировали их поведение, дабы сделать общество недумающих, легко управляемых людей...

— Дебилов в общем! — вставил Женька, чуть подавшись вперёд.

Но поскольку парень заслонил Стасу «круг обзора», тот тут же попытался возвратить друга на место:

— Да уймись ты, непоседа! — И с ухмылкой добавил по поводу его слов: — Не переживай, тебе это уже не грозит.

Эта сценка рассмешила коллектив, а Сэнсэй добродушно ответил на реплику Жени:

— Ну скажем так, чтобы люди не вникали в суть происходящих вещей и легко воспринимали то, что им пропагандируют.

— Ага, падкие на рекламу значит! — вновь заключил для себя Женька.

— Так вот что я хотел сказать по поводу гомеровского бога Гермеса, получившего от Аполлона кадуцей, и связи этих образов с «Вольными каменщиками» от Аримана, — принялся далее восстанавливать события Сэнсэй. — Произведения «Гомера» оформлялись не только как «священные книги» для народа, но и в качестве скрытой информации для «своих». Смотрите, какой образ преподносится в Гермесе. Кстати говоря, само это божество заимствованно не из греческой, а из малоазийской мифологии. Отметьте это. Его имя выбрано людьми Архонтов не просто так. Гермес — это производное от греческого слова, звучащего как «герма», то есть груда камней или каменный столб, которыми когдато отмечали места погребений. Также гермы раньше служили в качестве путевых знаков и считались чемто вроде охранителей дорог, границ, ворот. Кстати, откуда и пошло наименование Гермеса — «привратный». По поверьям повреждение герм было большим грехом.

 

 

 

<< Предыдущая                     Следующая >>